Вернулись из шахт в церковь. Получив награду от Калькштейна, решили отметить успех глотком виски из найденной бочки.
Между делом я все же спросил анатома про глаза - песок в них так и не прошел. Калькштейн осмотрел меня и сухо констатировал: это небольшая мутация. Воздействие Варпа.
Я даже не нашел, что ответить. Я теперь мутант? Как те нахцереры или безглазая толпа? Мысль об этом постоянно крутится в голове.
Ночь, на удивление, прошла спокойно. Никаких кошмаров про шкуры или красные туманы.
Утром, собравшись, двинулись к месту крушения дирижаблей. Калькштейн пошел с нами - хотел забрать что-то ценное.
В шахте наткнулись на два свежих трупа: сержант и знаменосец из армии Винтерскейла. При них нашлись карты ближайших территорий с горными тропами и приказ: найти упавшие корабли и зачистить всё ценное. Значит, у нас есть конкуренты.
Осторожно продвинулись дальше и вышли к огромной каверне. Один дирижабль лежал на дне, разбитый вдребезги. Вокруг него уже копошились солдаты Винтерскейла. Второй корабль - тот самый, на котором летел Калькштейн, чудом завис высоко в воздухе, запутавшись в гигантских лианах.
Разработали план. Дед должен метнуть взрывчатку в висящий корабль, чтобы “разбудить” его автоматическую систему защиты. А мы, заняв позиции, добьем тех, кто выживет в мясорубке.
Разошлись по укрытиям. Дед сработал чисто - взрывчатка легла точно в цель. Из бортов висящего корабля и из-под обломков нижнего полезли… не люди. Механические твари с оружием вместо рук. Система защиты. Они открыли шквальный огонь, и за считанные секунды превратили отряд Винтерскейла в кровавый фарш. Сделав дело, машины так же внезапно отключились.
Когда пыль улеглась, я подошел осмотреть тела. Среди гор трупов нашел одного бедолагу: без ног и одной руки, но всё еще дышащего. Кляйн с Калькштейном быстро его залатали, чтобы не помер раньше времени. Харт с Дедом приступили к допросу. Иван для создания “атмосферы” ходил вокруг и методично рубил головы трупам.
Я в этом участвовать не стал - не люблю пытки. Остался на страже периметра.
Из воплей пленного узнали интересное: оказывается, наш Калькштейн - птица высокого полета, голубых кровей. И этот отряд послал его собственный отец на поиски сына. Что ж, раз сам анатом помог нам уничтожить отцовских ищеек, значит, домой он не рвется. Семейные драмы аристократов - не наше дело, лишь бы платили исправно.
Закинули трос из тросомёта на висящий дирижабль и полезли наверх. Видимо, топали мы слишком громко, потому что система защиты снова начала оживать. Едва успели заскочить в капитанскую рубку, где Кляйн сумел вырубить питание.
Теперь этот корабль в нашем полном распоряжении.
Тут Калькштейн удивил во второй раз: предложил присоединиться к нашей ватаге на постоянной основе. Правда, торги за условия контракта шли долго и жарко. В какой-то момент спор накалился так, что прозвучали оскорбления. Две очереди из дробовика - аргумент весомый. Но, к счастью, все остались живы, и договор был подписан. Я проголосовал “за”, в дебри дележки денег не лез - все равно в бухгалтерии не силен.
Харт, как знаток законов, заявил: раз экипаж мертв, по праву трофея мы теперь законные владельцы судна. Никогда не летал на дирижаблях, тем более в роли совладельца. Звучит многообещающе.
Осмотрели отсеки. Нашли кучу брони, оружия. А в одной каюте мне попался неприметный мешочек с голубыми кристаллами. Настроение сразу улучшилось. Чувствую, эта штука будет посильнее моего привычного порошка. Надо будет найти укромный уголок и… продегустировать. Для успокоения нервов, конечно.
В секретной комнате, которую открыл Калькштейн, нас ждал еще один сюрприз: летающий череп. Да не простой, а говорящий, с полноценным интеллектом. О чем они там беседовали с Кляйном и анатомом, я не понял - слишком умно для меня, но, похоже, договорились.
План такой: подлатать корабль, чтобы он снова мог летать, и решить, куда двигать дальше. Ах да, еще надо поговорить с Густавом. Парень толковый, вдруг тоже захочет к нам в команду? Хорошие бойцы на дороге не валяются.